"День этот скорбный, весенний, но мрачный…"

"…Врезался в память, застыл в ней навек.
Умер наш вождь,
Наш отец и учитель,
Самый родной, дорогой человек".


65 лет назад полностью разделяли горе советских людей их китайские пока ещё товарищи:

"Нет, он не умер, он живет!

Март, вечер, пятое число –
Какой неумолимый час,
Как горько всем, как тяжело!
Любимый вождь ушел от нас…

Мы смотрим на его портрет –
И с болью опускаем взгляд –
И высшей скорби в мире нет,
О матерях так не скорбят!

Но не сломила нас беда!
Пусть нашей скорби нет конца, –
В ее горниле навсегда
Народов сплавятся сердца.

Нет, он не умер, он живет!
Как звезды вечной высоты,
Стоят у каждого в глазах
Родного Сталина черты.

Нет, он не умер, он живет!
Как голос бурь, что вечно жив,
Звучит у каждого в ушах
Родного Сталина призыв.

Нет, он не умер, он живет!
Как звезды красного Кремля,
Всю землю он призвал к борьбе –
И рвется к правде вся земля.

Нет, он не умер, он живет!
По знаку, поданному им,
Сплотимся мы еще тесней,
Все вражьи козни отразим!

Нет, он не умер, он живет!
В сердцах народов он живет!
Под знаменем его вперед –
К рассвету – в коммунизм – вперед!

Ван Я Пин.
Перевел с китайского Александр Кочетков".

("Советский Сахалин", 1953, № 69 (22, март), с. 2).